Привет и славному городу Ashburn от фанов McLAREN

 ➥
 ➥

Вечером в воскресенье в пресс-центр мексиканской трассы пришел Льюис Хэмилтон, чтобы дать своё первое интервью в статусе чемпиона мира 2017 года…

Вопрос: Льюис, наши поздравления. Вы только выиграли четвертый титул, поделитесь своими эмоциями. Что этот результат значит для вас?
Льюис Хэмилтон: В первую очередь, спасибо всем за теплый прием. За последние десять лет я преодолел долгий путь вместе с вами, парни. Все эти истории, как положительные, так и отрицательные – я ценю вашу поддержку. Да, мне непросто после гонки, которую я не выиграл, хотя ставил перед собой такую цель. Но все равно я отлично себя чувствую, ведь меня окружает столько людей.

Разумеется, меня переполняют эмоции. Я бы хотел начать с благодарности моей команде. В Mercedes, как и в McLaren, подписали со мной контракт, когда мне было 13. Я провел удивительные годы вместе с McLaren – это было особенное время, эта команда навсегда останется в моем сердце. В десять лет я встретил Рона Денниса и сказал ему, что однажды хочу стать чемпионом мира за рулем его машины. Он дал мне такую возможность. Где бы Рон не был сегодня, я хочу, чтобы он знал, насколько я благодарен ему за это.

Затем был переход в команду, за которую я выступаю. Это было… Люди считали, что я сильно рискую, но в моем сердце была вера, стопроцентная вера, что я поступаю правильно. Даже когда в самом начале было тяжело, я знал, что на каком-то этапе мы достигнем успеха. Странно, что я все это чувствовал. После этого нужно было просто видеть, как команда растет. Успех зарождался на самом верху – великолепные боссы и члены совета директоров на 100% поддерживали команду. Так что всем в Штутгарте огромное спасибо.

Несколько слов о парнях из Брэкли и Бриксуорта. Когда вы приезжаете туда и видите, что происходит, видите как все эти великие творческие умы работают день и ночь. Они занимаются тем, что любят. Они годами учились ради того, чтобы каждый год в декабре и январе собрать в единое целое настоящее произведение искусства – нашу машину. И я – один из двух людей, которые имеют возможность работать с ней на трассе – это лучшее чувство в мире.

Я считаю, что в FIA и Формуле 1 проделали великолепную работу в этом году с новыми машинами. Хотя на них сложно обгонять, их все равно потрясающе пилотировать. Машины Формулы 1 должны быть самыми быстрыми.

Знаете, на этой неделе я вспоминал, откуда я родом. Я рос в Стивенидже, мечтая однажды попасть в Формулу 1. То, чего я добился сейчас, превосходит мое воображение. Я считаю, что у каждого должна быть большая мечта, но стать четырехкратным чемпионом мира… Четыре титула ощущаются определенно лучше, чем три. Кроме того, четыре – мое число.

Я получаю великолепную поддержку со всего мира и хочу сказать огромное спасибо всем болельщикам. У меня много поклонников в Мексике – некоторые из них британцы, некоторые – мексиканцы. Мне нравится приезжать в Мехико, мне нравится, что я выиграл титул на мексиканской земле. Я рад, что могу дать заряда позитива стране, которая в последние месяцы переживает трудные времена.

Что касается гонки, то я только и делал, что думал про себя: «Я все еще могу, просто не сдавайся». Никогда нельзя сдаваться. Я вспоминаю те времена, когда в детстве отец отвел меня на боксерский ринг, и один парень избил меня. У меня из носа шла кровь, и я не хотел возвращаться. Ощущения были очень похожи на те, что я почувствовал в гонке в третьем повороте, когда произошел прокол. Можно было легко сдаться, допустить ошибку, но я помнил тот момент.

Я сказал себе: «Я не сдамся, я буду атаковать, даже если проигрываю сорок секунд. Я все равно сделаю все, что в наших силах, чтобы в момент пересечения финишной линии мог гордиться собой». И я определенно горжусь.

Вопрос (Юсеф Хардинг): Льюис, один из величайших американских спортивных журналистов Говард Коселл всегда говорил о том, как сильно он уважает Мохаммеда Али за его поведение на ринге и за его пределами, за то, что он творил историю. Я хотел бы это же сказать вам. Я ценю, что работаю в этом бизнесе, и рад видеть, как вы делаете историю. Сейчас вопрос. Можно ли сказать, вы замкнули круг своей истории успеха, выиграв четвертый титул?
Льюис Хэмилтон: Определенно. В жизни, переживая трудные времена или добиваясь успеха, вы всегда думаете о том, куда двигаться дальше. Стоит остановиться? Стоит обернуться? Стоит повернуть налево, направо или двигаться в другом направлении? Но достигая определенной цели, вы понимаете, что оно того стоило.

В этом году меня критиковали за то, что я готовился к чемпионату не так, как люди считали правильным. Я тренировался самостоятельно, хотя многие думают, что это невозможно. Люди говорили, что я только и делаю, что путешествую по миру, но я просто нашел свой путь и следовал ему.

В день, когда выигрываешь титул, ты укрепляешься в вере в себя и в свою семью, которая всегда тебя поддерживает. Я горжусь своей семьей, и просто невероятно, что я продолжаю вписывать фамилию Хэмилтон в учебники истории. Даже когда меня не станет, дети будут знать мое имя. Вероятно, именно этим я горжусь больше всего.

Мой отец… Я даже не могу сказать, что сделал мой отец, чтобы помочь мне оказаться там, где я есть. Не имеет значение, скольких побед я достиг, неважно какого успеха я добился, я никогда не смогу отплатить отцу.

Я пытался обеими руками ухватиться за возможность, которую мне предоставили. Я также прекрасно знаю, сколько детей и людей в мире следят за мной. Я знаю, что я являюсь для них примером для подражания, вдохновляю их, поэтому я стараюсь быть ярким светом, которым могу осветить их путь.

Вопрос (Грэм Харрис): Вы сказали, что четыре – ваша магическая цифра. Значит ли это, что пятого титула не будет?
Льюис Хэмилтон: На самом деле, моя магическая цифра – 44, и мне придется еще долго выступать, чтобы завоевать 44 титула! Четыре – часть этого. Мне нравится четыре. Интересно, что думают учителя из моей школы? Когда я рос, они говорили: «Ты никогда ничего не добьешься». Что они думают, когда видят меня сегодня? Думаю, они смотрят, ну или хотя бы узнают из новостей!

Интересно, о чем они думают? Полагаю, они думают: «Я помог этому молодому парню» или думают: «Знаете, я жалею, что когда-то сказал, что из него ничего не получится». Надеюсь, так и есть. Надеюсь, они повзрослели. Надеюсь, сегодня они поощряют детей, которых учат, а не срываются на них.

Да, четыре – великолепное число. Теперь я хочу пятый титул. Я по-прежнему буду получать удовольствие от четвертого номера, но нужно делать один шаг за раз. Знаете, вас должны принять люди, которых вы любите, с которыми вы работаете, ваша семья. Не слушайте тех, кто говорит вам, что нужно делать. Речь идет о том, чтобы найти свой центр, свое ядро, потому что все мы разные и уникальны. Мы все – сияющие звезды. В этой комнате нет ни одной не звезды.

Если вы чувствуете, что человек рядом с вами – яркая звезда, это не значит, вы не можете быть таким же ярким, как он. Во всяком случае, вы должны использовать это, как вдохновение, чтобы засиять еще ярче.

Я надеюсь, что мой четвертый титул, завоеванный парнем из Стивенджа, свидетельствует о том, что вы можете достичь чего угодно, придя из ниоткуда. Надеюсь, однажды я помогу найти следующего чемпиона, он уже где-то рядом.

Вопрос (Фил Дункан): Примите поздравления, Льюис. Вернемся к гонке. Вы спросили у команды, намеренно ли вас ударил Себастьян. Думаете, он сделал это специально, потому что был в отчаянии? Вы хотите поговорить с ним об этом?
Льюис Хэмилтон: Я постараюсь отбросить все негативное и быть позитивным. Не имеет значение, что произошло. Сегодня я поднялся на вершину своего разума, и если вы сбились с ног и не знаете, что делать, то вот вам совет – продолжаете атаковать изо всех сил.

Я проигрывал 40 секунд и не знал, как инцидент выглядел со стороны. Чувство было не самое приятное, но я никогда не сдавался, продолжал атаковать. Я знал, что не смогу выиграть гонку, но понимал, что могу провести ее максимально хорошо, независимо от того, какую позицию занимаю.

Казалось, что прошла вечность, прежде чем я догнал одного соперника, потом его было сложно обогнать, но я получал удовольствие от каждого сражения. Я пытался использовать все свои навыки.

Вы часто спрашиваете, как я буду действовать, изменю ли свой подход, но я считаю, что нашел оптимальный баланс агрессивности в первом, втором и третьем поворотах. Я не был слишком агрессивным, не блокировал колеса, не ошибался, не делал ничего такого, что было бы «естественно в условиях прессинга». Я был удивлен, когда мою машину ударили, потому что оставил достаточно места парню, который был позади.

Я боролся за позицию, он задел мою машину. Знаете, он – четырехкратный чемпион мира, мы первоклассные гонщики, и в такой ситуации можно было избежать контакта. На самом деле, меня не волнует, сделал он это специально или нет, и я не хочу это анализировать.

Мне нравится бороться с Себастьяном, ведь он – четырехкратный чемпион мира. Мне понравилось бороться с Фернандо Алонсо, он – сложный соперник. Давайте подождем, когда Фернандо получит хороший мотор, поскольку у него великолепная машина, и я очень надеюсь, что в McLaren прибавят.

Я уже говорил, что эта команда занимает особое место в моем сердце, надеюсь, следующий год сложится для них лучше, у них будет более мощный двигатель и быстрая машина. Фернандо – сложный соперник. Мне понравилась наше маленькое сражение с ним, и я надеюсь, что нас ждет еще не одна битва.

Вопрос (Ребекка Клэнси): Льюис, завоевав четвертый титул, вы стали самым успешным британским гонщиком в истории. Что это значит для вас?
Льюис Хэмилтон: Сейчас я очень далек от того, чтобы осознать это. Такое чувство, словно я в космосе. Это нереально… Такое бывает, когда выигрываешь титул. Благодаря энергии людей, которые меня окружают, я на седьмом небе от счастья, но потребуется время, чтобы я это понял.

Когда я думаю о том, что произошло в последние два года, о том, что нужно было сделать, чтобы добиться такого результата… Пока я сижу здесь, на меня устремлены взгляды тысяч людей, которые поддерживали меня, создавали машину, за рулем которой я использовал свои таланты и способности. Я благодарен им.

Интересно, сколько людей считали, что переход в Mercedes – худшее, что я мог сделать? Конечно, прошло много лет, и они изменили свое мнение, но это не круто. Разве не круто следить за тем, кто рискует, как это сделал я? Я счастлив и горжусь теми людьми, кто помог мне добиться всего этого. Я с нетерпением жду будущего.

Вопрос (Михаэль Шмидт): В этом году борьба была напряженной, подъемы чередовались со спадами. Вы можете сказать, что со спортивной точки зрения это был самый желанный титул?
Льюис Хэмилтон: Каждый титул был по-своему сложным. Конечно, если вспоминать 2015-й, то у нас была высокая стабильность, и чемпионат сложился по-другому. Тем не менее, титул получился сложным на личном уровне, а в этом году сезон прошел так, как я надеялся. Он мне чем-то напомнил 2008-й, когда я боролся с другой командой, обладающей богатой историей, за которую прежде выступал Михаэль и выигрывал в ее составе чемпионаты.

Ferrari… Красная машина… Красный – мой любимый цвет, поэтому их машина отлично выглядит на трассе, но я боролся с ней, обладая серебряным мечом. Я словно был "мастер серебряного меча". Я действительно горжусь тем, что могу сражаться с кем-то, кто выиграл четыре титула, доказал свои заслуги, обладает талантом, а его команда знает, как выигрывать титулы.

Именно таким должен быть каждый сезон, и я надеюсь, что такие сезоны будут и дальше – с плотной борьбой. Думаю, каждый год будет что-то, что имеет решающее значение… Добиться высокой надежности всегда непросто, но благодаря усилиям команды у нас она была исключительной. При этом мы хотим видеть борьбу с другими командами. Думаю, этого хотят все в Формуле 1. Именно такой была Формула 1, когда я рос. Мне жаль, что последние несколько лет получились не очень интересными для болельщиков, но я надеюсь, что этот сезон получился более захватывающим.

Вопрос: Когда команда ответила вам, что у Себастьяна нет шансов на второе место, вы стали действовать иначе?
Льюис Хэмилтон: Я не знаю, как для вас со стороны выглядела гонка. Для меня она получилась зрелищной, но очень, очень сложной. Это было связано с высоким уровнем прижимной силы и сложностями при обгоне. Подобраться к сопернику вплотную сегодня было почти невозможно.

Нам нужны специальные антикрылья или шины для этой трассы, поскольку гонка с одним пит-стопом – это скучно. Надеюсь, они что-то изменят. Нам нужна резина специально для мексиканской трассы, чтобы нужно было проводить больше одного пит-стопа. Я не знаю, как адаптировать конфигурацию или изменить стратегию, чтобы было больше обгонов. Очень много людей приезжают смотреть гонку, это один из самых посещаемых этапов, энергия зрителей просто впечатляет, так что… Какой был вопрос?

Вопрос: Вы стали действовать иначе после ответа команды про шансы Себастьяна?
Льюис Хэмилтон: О, нет. Я видел на телеэкранах, какую позицию занимал. Я застрял на 12-м месте. Казалось, что потребовалась вечность, чтобы я стал 11-м, а затем я увидел… Ему повезло больше, чем мне. У меня был прокол, и я потерял 40 секунд, тогда как Себастьян остался в борьбе.

Я видел, как Себастьян прорывается и думал: «Боже, я знаю, что ему нужно второе место». Макс в 70 секундах впереди, но я не знал, чем все закончится. Я просто старался следить за тем, что происходит впереди. Я думал: «Достаточно ли мне восьмого места, чтобы завоевать титул?». Однако единственное, на чем я был сосредоточен, так это на том, чтобы оказаться как можно выше.

Я смотрел на времена на круге и думал о том, чтобы атаковать еще сильнее, но в этот момент шины Soft на моей машине уже потеряли эффективность. Ощущения были не самые приятные, мне пришлось за ними следить – поэтому и темп был не самым впечатляющим.

Затем мы провели пит-стоп, после которого я по-прежнему проигрывал 26 секунд, и я такой: «Что происходит?». Знаете, это одна из вещей, которые проверяют вас. Как я уже сказал, в такой ситуации очень легко расслабиться, не атаковать и просто надеяться на лучшее. Но я продолжал бороться, потому что именно этим я и живу. Именно так было, когда я начинал заниматься картингом – я стартовал последним, но отыгрывался. Так же я пытался сделать и в Мексике.

Вопрос (Майк Дудсон): Льюис, не секрет, что журналистам нравится личный конфликт между гонщиками. Такой, как в прошлом году между вами и напарником. В этом году, когда вы с Себастьяном сидели вместе на пресс-конференциях, казалось, что вам нравится компания друг друга. Но при этом на трассе вы периодически сталкивались...
Льюис Хэмилтон: Кажется, ты огорчен этим, приятель!

Вопрос (Майк Дудсон): Расскажите о Себастьяне. Что в нем особенного?
Льюис Хэмилтон: Вы расстроены. Шучу! Смотрите, нам не 20 лет, мы все – взрослые мужчины. Когда вы смотрите теннис с участием великих игроков, или великих гольфистов или атлетов, то должны понимать, что все дело в голове. Вы контролируете ум, а не то, что вас окружает.

Когда вы ведете борьбу с соперником… Есть известная военная поговорка о том, что ваши друзья спрятались, а враги уже близко. Я смотрю на Себастьяна и знаю, каких результатов он достиг в последние годы, я знаю, насколько он стабилен, знаю его сильные и слабые стороны. Знаю сильные и слабые стороны его машины. Это очень важно…

Посмотрите на Рафаэля Надаля, на его самообладание во время игры, на эмоции после победы или поражения. Спортивные звезды подают пример, и я пытаюсь следовать ему, меня это действительно вдохновляет.

Думаю, были времена, когда Себастьян меня ненавидел, и у меня были похожие чувства… Но я пытался не вносить негативные эмоции в свою жизнь, независимо от того, что пишут и говорят люди. Я сумел создать барьер, который защищал меня от негативной энергии, поскольку считаю, что любовь и позитивный настрой позволяют преодолеть все проблемы.

Если вы хотите поговорить о вражде после Баку и о произошедшем в начале гонки в Мексике, то все это кажется немного странным, но это уже не имеет значения. Я считаю важным… Как я сказал, всё зависит от того, как вы к этому относитесь. Я надеюсь, что многие из вас, независимо от того, британец вы или нет, рады моей победе, даже если вы – немцы, поскольку Mercedes – немецкая компания.

Но я надеюсь, что британцы… Это не только моя победа, это наша общая победа. На моей бейсболке сейчас американский флаг. Я надеюсь, что все получили удовольствие от нынешнего сезона, увидели великолепные сражения, и я не собираюсь создавать еще больше противоречий в следующем году. Я надеюсь, что у нас будет больше чистых гонок, понимаете? Именно это нужно спорту, именно этого ему не хватало.

В Мексике получилось интересно. Небольшие сражения, которые у меня были… Мне было весело. Например, борьба с Фернандо. Понимаете? Это было очень круто. Очень жаль, что за рулем таких красивых машин Формулы 1 сложно обгонять. Должен быть способ обострить борьбу, не жертвуя мощностью двигателя или чем-то ещё. Должен быть другой способ. Мы провели великолепную гонку в Мексике, и в ней было только одно сражение, которое я действительно запомнил, и от которого получил удовольствие.

Вопрос (Стюарт Годлинг): Льюис, в этом сезоне, особенно во второй половине, вам удалось добиться от машины большего, чем вашему напарнику. За счет чего удалось это сделать, почему настолько сложно извлечь из этих машин максимум?
Льюис Хэмилтон: Очевидно, что у нас великолепная машина, но многое зависит от подхода к проектированию. На протяжении нескольких лет наша машина обладала чертами предыдущих, но в этом году более широкие шины, сама машина стала длиннее, но и потери стали больше, чем в прошлом году.

Уверен, некоторые из подобных вещей обсуждались по радио, когда мы говорили о машине, в том числе о потере прижимной силы, которую не видели у других. Год получился превосходным ещё и потому, что нам удалось разобраться со всеми проблемами. Например, после Малайзии у нас было очень долгое обсуждение произошедшего вместе с командой.

Потрясающе, как парни в команде слушают каждое твое слово обратной связи – они хотят получить больше информации. Чем больше цифр и информации, тем инженерам лучше. Мне и Валттери пришлось напряженно работать, чтобы предоставить команде лучшую обратную связь. Все эти парни учились в Гарварде, Кембридже и Оксфорде, они находятся на совсем другом уровне, чем гонщики. И нам не всегда просто передать им свои ощущения от машины.

У нас не идеальная машина, но я горжусь её недостатками. Когда люди пишут, что у нас лучшая машина, я в это не верю. Я считаю, что у нас лучшая команда, и мы работаем лучше остальных, но были времена, когда в нашем распоряжении не было лучшей машины, но мы все равно отлично проводили уик-энды.

Например, в Сингапуре у нас не все получалось, но команда добилась даже большего, чем мы надеялись. Думаю, в следующем году, надеюсь не слишком поздно, мы устраним фундаментальные проблемы, которые были у нас с этой машиной, но и соперники тоже не будут сидеть сложа руки.

Если говорить обо мне, то я работал с теми же инженерами, что и раньше. Петер Боннингтон с самого начала был со мной, и его приверженность… Вы не видите, что происходит в офисе, но инженеры постоянно анализируют информацию, чтобы предоставить в распоряжение гонщиков лучшую машину. Я не могу просить большего от этих парней.

Мои парни в боксах, мои механики – они все собирают и разбирают машину каждую неделю. Вы знаете из скольких деталей она состоит? Компонентов настолько много, но парни безупречны в своей работе. Я их очень уважаю, потому что знаю, о чем говорю. Как-то я разобрал кое-что, и потом не смог это правильно собрать. Просто здорово, что такие талантливые люди так замечательно со всем справляются, поэтому, когда садишься в машину, то знаешь, что они верят в тебя, а ты веришь в них. Это величайшее чувство.

Мне очень нравится давать вам длинные ответы.

Вопрос: (Крис Медланд) Льюис, вы говорили о том, что Себастьян – четырёхкратный чемпион мира. Люди часто сравнивают чемпионов разных эпох, а вы оба сейчас выступаете в чемпионате и можете бороться друг с другом за пятый титул и далее…
Льюис Хэмилтон: Здорово, что у нас есть такая возможность. В субботу он завоевал 50-й поул, а мне было обидно – я не хочу отдавать ему поулы, поскольку он приближается ко мне по этому показателю. Это здорово мотивирует, заставляет добиваться большего.

Так же с победами в гонках, с титулами. Я знаю, что он подписал контракт с Ferrari ещё на три года, значит на этот период Ferrari будет моим соперником. Как и они, мы полностью выложимся в этой борьбе, мы хотим выигрывать гонки и титулы, и я с нетерпением жду продолжения этой борьбы.

В этом году Ferrari была сильным соперником. Я рад, что они вновь в хорошей форме, надеюсь, другие команды присоединятся к нашей борьбе. В Мехико Red Bull Racing отлично провела гонку, мои поздравления Максу, он – самая яркая молодая звезда за последние годы. Я надеялся побороться с ним в этой гонке, но всё сложилось иначе. Но впереди ещё много гонок, надеюсь, нас ждёт напряженная борьба.

Вопрос: (Кристофер Беккер) Льюис, вы сказали, что помните выступления Михаэля Шумахера на красной машине. Несколько дней назад вы не были уверены, как долго ещё будете выступать в гонках, определив срок в несколько лет. Но сегодня, в этот эмоциональный день, вы говорите себе, что можете побить рекорды Михаэля, выиграв семь или восемь титулов?
Льюис Хэмилтон: Мы знаем, насколько исключительным гонщиком был Михаэль, его рекорды – это надолго, побить их будет очень непросто.

Есть один специфичный момент, который сложно объяснить. Я не ставлю каждый год перед собой цель побить какой-то рекорд. Я не стремлюсь к этому. Я хочу добиться прогресса, прибавить в тех областях, где я чувствую, что могу стать лучше. Я люблю гонки, но я другой. Не хочу сказать, что я хуже или лучше.

Я иначе смотрю на свою жизнь. Я много путешествую, многим жертвую. Говоря о Михаиле часто упоминают его серьёзный и методичный подход к работе, но важно оставить какой-то след в этой жизни не только в роли гонщика Формулы 1.

Формула 1 – это вершина автоспорта. Это большая вершина в вашей жизни, но это не значит, что вы не сможете добиться серьёзных успехов где-то ещё. И занятия чем-то другим, что поможет вам выделиться, ещё больше подчеркивают вашу индивидуальность.

Я говорился то в этом году наслаждаюсь гонками больше, чем прежде. Я будут гоняться, поскольку люблю гонки, но было бы здорово однажды пожить какое-то время в одном месте, каждый день гулять с собакой или кататься на серфинге – не важно, просто побыть в одном месте без переездов.

Я думаю о жизни после сорока лет, когда я не смогу выступать в Формуле 1 и обрету достаточную свободу. Мне очень повезло провести эти десять лет в Формуле 1. Это было замечательное время. Надеюсь, у меня будет возможность выступать и выигрывать гонки. Пока я могу подняться на вершину, я буду стремиться подниматься на неё вновь и вновь. Такова цель.

Нико Росбергу хватило одного титула, и он решил отступить. Я четыре раза выиграл титул и хочу продолжать. Есть ощущение, что дальше будет сложнее, а мне очень нравится вызов, поскольку он заставляет добиваться большего. Это по мне!

Вопрос: Говоря о своей карьере, вы можете сравнить себя со своим кумиром, с Айртоном Сенной?
Льюис Хэмилтон: Я никогда не сравнивал себя с Айртоном. Всегда очень сложно пытаться сопоставить гонщиков разных поколений. машины слишком разные. Задача гонщика – сесть за руль конкретной машины, учесть её слабые и сильные стороны, чтобы максимально использовать её возможности.

Все чемпионы Формулы 1, начиная с Фанхио, независимо от того, на каких машинах они выступали, добивались от них максимума, поскольку умели найти подход к ним и лучше понять, чем все остальные. Я очень горжусь тем, что меня упоминают в числе этих имён, но сейчас другая эра, когда не сравнима не только безопасность, но и технологический уровень машин.

Задачи, с которыми в своё время приходилось справляться Айртону, сейчас выглядят совершенно иначе. Тогда было сложнее физически, сейчас сложнее технически и психологически, поскольку машина напичкана электроникой, с которой вы должны справляться. Я не говорю, что тогда или сейчас было сложнее, просто наступила совсем другая эра. Каждая из них по своему уникальна.

Я считаю, что если бы Айртон прожил больше, чем ему было отведено, он продолжал бы побеждать. К сожалению, его яркая жизнь прервалась. Я всегда говорил, что выиграв первый титул словно бы принял эстафету – и продолжаю её, с интересом думая о том, как многого мы сможем добиться. Айртон вдохновлял меня в детстве, а когда он ушел, я продолжал смотреть записи его выступлений, словно это было вчера.

Вопрос: (Карлос Салифе) Вы можете сравнить четыре своих титула – в McLaren, потом за рулём W05, W06 и W08? Вы не даёте машинам имена, как Себастьян, но какая нравилась вам больше?
Льюис Хэмилтон: Я не даю машинам имена, поскольку по ходу сезона мы управляем не одной машиной. Это четыре, пять или шесть шасси, а значит нужно придумать четыре, пять или шесть имён. Мне хотелось этого избежать. При этом я доверяю каждой из них.

Каждая машина уникальна. Когда я только пришел в Формулу 1 в 2006-м и ещё не знал, чего ждать, мне понравилась моя первая MP4/22 – наиболее требовательная к физической форме за всё это время. Потом организм привык, а прижимной силы и перегрузок стало меньше. Машины 2014 и 2015 года мне тоже нравились, но в этом сезоне наша машина – лучшая из тех, на которых я выступал, если говорить о её формах, о широких шинах.

Когда сегодня вы видите знаменитые машины прошлых лет, вас впечатляет их звук, большие шины – сегодняшние машины стали ближе к ним. Могу сказать, что W08 – лучшая из машин, на которых я выступал, но мне повезло управлять разными машинами прошлых лет. Я пилотировал машину Айртона 1989 года, когда передачи переключались рычагом. Даже жаль, что сейчас этого нет. Представляю, как бы мы боролись в конце прошедшей гонки с Фернандо, если бы каждому из нас приходилось часто убирать руку с руля. Это было бы круто! Технологии меняются, но я надеюсь застать тот момент, когда Формула 1 станет ещё лучше, чем сегодня.

Вопрос: (Рамон Тревино) Когда вы откатились назад и ехали 16-м или 12-м, вы думали, что решение судьбы титула придётся отложить до Бразилии?
Льюис Хэмилтон: Нет, я вообще об этом не думал. Я не знал, каким едет Себастьян, не считал, сколько очков он заработает, сколько нужно заработать мне. В какой-то момент мне сказали, что он должен финишировать вторым, чтобы сохранить шансы.

Откатываться назад в гонке всегда неприятно, но вы видели, как мы боролись с Фернандо в конце. Я полностью выложился, рисковал больше, чем нужно в такой ситуации, действовал так, словно это моя последняя гонка. Я атаковал до финиша – и мне это нравилось. Шины уже были убиты.

Нет, в гонке не было момента, когда мне казалось, что определение судьбы титула стоит отложить до Бразилии. На старте был момент, когда он задел мою машину в третьем повороте – и я мог подумать, что впереди ещё две гонки и я не допущу повторения это ситуации – заработаю поул и уеду вперёд на старте. Но этого не было. Я думал только о том, как отыграться.

Вопрос: (Брэдли Лорд) Льюис, вы не хотите спуститься на групповую фотографию и отпраздновать успех с вашими коллегами?
Льюис Хэмилтон: Было бы здорово. Мне понравилось сидеть здесь, парни. Спасибо вам!

Источник: F1News

Понедельник 30 Октября 2017 18:50
<< предыдущая новостьследующая новость >>

Теги: льюис, хэмилтон, титул, нравится

Читайте также: Завоевав четвертый чемпионский титул, Льюис Хэмилтон стал самым успешным британским гонщиком, но по-прежнему философски смотрит на мир. В интерью Sporza он говорил о своей карьере, целях в жизни и будущем поколении...
➥ На главную ➥ Новости

Читайте также

В Mercedes расстроены упущенными возможностями

Льюис Хэмилтон стартует с пит-лейн

Мика Хаккинен: Уик-энд обещает быть интересным

Ален Прост: Льюис вышел на новый уровень

Найджел Мэнселл: Льюис может превзойти все рекорды

Чемпионская пресс-конференция Льюиса Хэмилтона

Льюис Хэмилтон: Мне не наскучило побеждать!

Хэмилтон: Мне нравится каждое мгновенье этой борьбы

Эллисон: Можно было выжать еще две десятых

Льюис Хэмилтон любит немецкий хип-хоп