Привет и славному городу Woodbridge от фанов McLAREN

 ➥
 ➥

В прошлом месяце мы рассказывали о том, что осенью выходит из печати автобиграфия Деймона Хилла, публикация которой приурочена к дате, памятной для болельщиков со стажем – 20-летию чемпионского титула, завоёванного британским гонщиком, теперь уже бывшим, но до сих пор очень популярным у себя на родине.

В канун предстоящего своеобразного юбилея чемпион мира 1996 года вспоминал события своего лучшего сезона в Формуле 1 в интервью журналу F1 Racing.

«После двух весьма бурных сезонов (когда Хилл боролся за титул с Михаэлем Шумахером, но оба раза уступил) тот чемпионат сложился относительно просто, –рассказал Хилл. – К тому времени я уже был опытным гонщиком. Это был мой четвёртый полный сезон в Формуле 1, и я уже в полной мере освоился в Williams. И впервые получил машину, в полной мере адаптированной под меня, включая мои ноги 46 размера!

Эдриан Ньюи построил для меня отличную машину. Рост гонщиков обычно меньше 180 см и размер ноги у них соответствующий, поэтому педальные колодцы практически всегда очень тесные. А в те времена они были ещё теснее, потому что в машинах было три педали. Пространства между педалями сцепления и газа было так мало, что аккуратно и точно тормозить было затруднительно – ногу было просто негде поставить. Поэтому получить такую машину, как FW18, было настоящей роскошью. Эдриан постарался, чтобы она мне подходила, и у него получился настоящий шедевр.

В 1996-м Williams была лучшей командой, у неё были и лучшая машина, и лучший двигатель – Renault V10. Жак Вильнёв оказался хорошим напарником, нам было приятно работать друг с другом. В предыдущие два сезона стрессов было столько, что после этого 1996 год доставил максимум удовольствия.

Мне было комфортно в команде, там понимали, что у меня больше опыта, чем у Жака, и могли на меня положиться. Трассы, на которых мы выступали, для него были новыми. Так что я был зрелым профессионалом, да ещё и на 11 лет старше Жака.

Что касается непримиримой вражды с Михаэлем Шумахером в предыдущие года, то всё это было придумано прессой. Соперничество было не более напряжённым, чем с любым другим хорошим гонщиком. Михаэль был особенным в том плане, что он отличался характерными манерами, отношением к работе, но был и ещё один момент: он выступал в Benetton, и складывалось впечатление, что эта команда всё время пыталась прибегать к каким-то новым хитростям. На этом фоне я казался “послушным мальчиком”, который не помышлял ни о каких пакостях.

За пределами трассы я с Михаэлем не общался. Однажды в Австралии, в 1993-м, мы вместе отправились понырять с аквалангом на Барьерный риф, но оказалось, что познакомиться с этим парнем поближе невозможно. Складывалось впечатление, что он абсолютно непроницаем. Возможно, у него был слишком профессиональный подход к спорту.

Он прекрасно владел английским – лучше, чем я немецким! Он очень умён, но, по-моему, иногда не тем занимался. Глядя на него, я думал, что если бы у меня были его таланты, я бы действовал по-другому. Ты всегда хочешь победить, и мне не нравилось, когда он меня опережал, но дело не только в том, что мне не хотелось проигрывать. Я хотел противостоять его отношению к соперникам, которое мне казалось довольно циничным.

Но гонщик он искусный, так что соперник мне достался сложный, невероятно талантливый, быстрый и очень умный, если вспомнить, как он строил борьбу с соперниками. Можно сказать, что я был его первой жертвой. Хотя, на самом деле, его первой жертвой стал Айртон Сенна.

Однако он поразил нас всех, выиграв семь титулов. Никто об этом и помыслить не мог, даже Ален Прост. Но взгляды Михаэля на всё были совершенно не такими, как у остальных гонщиков.

Если говорить о Сенне, который стал моим напарником в 1994 году, то он был знаменитостью и при этом отличался особым обаянием. Он был настоящей звездой в том смысле, что всё, чем он занимался, создавало вокруг него этот ореол. Он полностью выражал себя через свою волю к победе, и люди это видели.

Он пришёл в Williams, чтобы побеждать, но то, что он увидел в команде, его встревожило. Возможно, он в чём-то был неправ, но понимаете, ему был чуждо лукавство. Он был готов бороться за принципы справедливости: сделайте так, чтобы условия были справедливыми, а потом посмотрим, кто окажется лучше.

После того «чёрного уик-энда» в Имоле, когда погиб Сенна, я задумался об уходе из Формулы 1, но это было со мной не впервые. Тогда все об этом задумались. Я терял напарников и раньше. Мой отец, Грэм Хилл, тоже терял напарников, когда выступал в Формуле 1. Ты проходишь через эти переживания. Но я получал удовольствие от своей работы – чем бы я ещё мог заниматься?..

В те времена Формула 1 была иной. Не будем забывать, что у нас в Williams тогда работало около 150 человек. Судя по результатам различных исследований, оптимальный коллектив должен быть как раз таким по численности, и тогда каждый сотрудник ещё будет ощущать свою значимость. А сейчас в командах по 600 человек и больше, и добиться этого уже невозможно.

Это уже не назовёшь компанией счастливых людей, которые любят гонки. Сейчас организации переросли этот уровень, хотя нельзя сказать, что ставки возросли – вряд ли желание добиться успеха сейчас выше, но выше стал уровень инвестиций и затрат, которые несут компании.

На этом фоне роль гонщика несколько снизилась. В Mercedes не могут позволить, чтобы команда получила плохой PR – именно в этом самое большое различие. Технологии тоже стали совсем другими. Но гонщикам это нравится, они любят всякие кнопки и рычажки. В технологическом плане Формуле 1 очень привлекательна, ведь это ещё и соревнование инженеров, которые тоже работают в условиях жёсткого прессинга, а эта сторона спорта недостаточно хорошо известна.

Разница ещё и в том, что коммерческая сторона теперь доминирует над чисто спортивной составляющей, тогда как в моё время на первом плане было именно соревнование гонщиков… Это важно, в этом суть спорта. Люди хотят видеть, как двое равных по силе соперников отчаянно сражаются друг с другом – будь то теннис, гольф, бокс или лёгкая атлетика. Но Формула 1 – забавный спорт, оценить сильные и слабые стороны которого всегда было трудно...

Команда выдвигают корпоративные требования, заботятся о позитивном имидже, поскольку в корпорациях не любят противоречивые моменты, они хотят, чтобы всё было хорошо, им нужна гармония. И это тоже своего рода противоречие, присущее Формуле 1…»

Источник: F1News

Среда 10 Августа 2016 22:34
<< предыдущая новостьследующая новость >>

Теги: формуле, своего, williams, гонщиком

Читайте также: После ухода из Ferrari Стефано Доменикали возглавляет комиссию FIA по гонкам на одноместных машинах. Выступая на конференции в Женеве, посвящённой актуальным проблемам автоспорта, он подчеркнул, что в FIA не только стремятся выстроить чёткую «лестницу» молодёжных серий, но и по возможности снизить расходы молодых пилотов, так как сегодня они слишком высоки. Одна из главных целей здесь – Формула 2. Стефано Доменикали: «Переименование GP2 в Формулу 2 произошло в начале года, так что у нас не было времени для того, чтобы определить курс для нового чемпионата. Однако, разумеется, это только первый шаг по завершению выстраивания карьерной лестницы чемпионатов FIA. Мы должны, в первую очередь, добиться того, чтобы новый технический регламент соответствовал пирамиде, которая ведёт из Формулы 4 в Формулу 1. Второй шаг состоит в том, чтобы снизить издержки этого чемпионата. Это самая сложная задача, с которой мы должны справиться. Сейчас для выступлений в Формуле 2 требуются значительные вложения, и я бы сказал, что изменить эту ситуацию – наша главная цель. Мы хотим, чтобы стоимость участия была как можно ниже. Естественно, мы не можем повлиять на то, какие контракты команды предлагают пилотам, так как это не прерогатива FIA. Но я уверен, что наша цель - обеспечить максимальную эффективность расходов для гоночных команд, и не только в Формуле 2, но и в Формуле 3, и в Формуле 4». Источник: F1News
➥ На главную ➥ Новости

Читайте также

Жан Тодт: Формула 1 не перейдет на электромоторы

В Audi не теряют интереса к Формуле 1

Марко: Формула 1 поддалась на шантаж автоконцернов

В Renault отмечают 40-летие дебюта в Формуле 1

Лэнс Стролл: Прессинг не больше, чем раньше

Авария Монгера привела к изменениям в Формуле 1

Булье: Видно, что Вандорн не зря выступает в Формуле 1

Ник де Врис: Я знаю, что в Формулу 1 сложно попасть

Формула 2: Перед стартом сезона 2017 года

Марко: Перемены в Формуле 1 - шаг в верном направлении